— Да, сэр, — кивнул Маккена, глядевший в ночную тьму за докторскими окнами. — Через час уж начнет светать.

Блэкстаф растерянно вскинул глаза на дворецкого.

— Дайте мне хорошенько все обдумать, Маккена. И прошу вас, сразу высказывайте замечания по всем пунктам плана.

Доктор вздохнул, помедлил, сознавая, что внезапный горестный удар вряд ли позволит ему мыслить очень четко.

— Первым делом мы заберем его из хлева, — проговорил он. — Только куда? Можно, конечно, сюда, ко мне, однако это же не решит проблему, правда?

— Мне кажется, сэр, самая большая сложность в том, что родственники захотят увидеть тело покойного. А это невозможно.

— Лучшее, что я пока могу сделать, — сказал доктор, тяжело ступая к передней двери, — приехать в моем крытом экипаже к усадьбе. Во избежание лишнего шума остановлюсь в ста ярдах от дома. Вы принесете тело и погрузите, затем я отвезу его в Комптон, отдам гробовщикам из похоронного бюро Уоллеса. Старик Уоллес умеет держать рот на замке. Положив тело в гроб, он сможет запечатать его так, что потом никому не открыть.

Блэкстаф с Маккеной влезли в экипаж и, нащупав во тьме поводья, покатили.

— Теперь о том, как замести следы. Вы приведете кровать в такой вид, будто на ней никто не спал. И разумеется, позаботитесь, чтоб в спальне не осталось ни пятнышка крови. Я же всем буду говорить, что ваш хозяин пришел ко мне вчера вечером с жалобами на боль в груди, а также общее недомогание, и, опасаясь за его здоровье, я не позволил ему в таком состоянии шагать пешком обратно до усадьбы, оставил у себя и наблюдал за ним всю ночь. Но около десяти утра, будем мы утверждать, он умер. Сегодня же я съезжу в Комптон и привезу Уоллеса, якобы забрать тело. Как только Уоллес с воображаемым трупом уедет, я извещу семейство о несчастии.