Пауэрскорт увидел их. Опустив бинокль, он поднял руку, приветствуя своих дорогих. Тем временем Джонни Фицджеральд, притащив откуда-то военно-морской флаг, размахивал им высоко над головой, словно победным знаменем. Ком стоял в горле Пауэрскорта. Эти трое, махавшие ему в неистовом восторге, — они, а не могучие крейсера и эсминцы, не расстилавшийся вокруг Портсмута мирный сельский английский ландшафт, — вот эти трое были его домом, его пристанью.
По трапу он сошел под звон церковных колоколов, бивших восемь. Он обнял радостно вскрикнувшую леди Люси, схватил на руки и расцеловал Томаса, поднял и, распахнув плащ, крепко-крепко прижал к груди хрупкую маленькую Оливию.
Лорд Фрэнсис Пауэрскорт вернулся.
2
У соборного канцлера Джона Юстаса было два брата и сестра. Старший брат Эдвард, служивший со своим полком в Индии, умер. Брат-близнец Джеймс жил в Нью-Йорке и страстно, хотя и безуспешно, играл на бирже. Таким образом, старшая сестра Джона, Августа Фредерика Кокборн, первой получила известие о смерти брата и первой выехала оплакать у гроба его кончину.
Судьба не слишком благосклонно отнеслась к Августе Кокборн, урожденной Юстас. На свет она явилась с дарами, о которых девушка может лишь мечтать. Богатая, очень богатая, она при этом была весьма энергична. Внешне же ее отличали высокий рост, стройная худощавость, тонкий длинный нос, крупные, торчащие уши и пара ясных карих глаз. Правда, глаза, одно из лучших ее украшений, с годами стали подозрительными, даже злыми. Замужество в девятнадцать лет (поступок, как она ныне сообщала друзьям, в значительной степени обусловленный желанием сбежать от матери) поначалу казалось великолепным. Красавец Джордж Кокборн излучал очарование, делавшее его желанным гостем за любым столом и душой общества на любой вечеринке.